вторник, 22 июля 2008 г.

Что такое СОЗНАНИЕ?

Выберите не более 5 определений.
Результаты опроса:
  • Высшая мозговая деятельность__________226(10.69%)
  • Один из аспектов духовной жизни ________207 (9.79%)
  • Отделение себя от окружающей действит-ти_76 (3.60%)
  • Адекватное отражение действительности ___240 (11.35%)
  • Способность к адекватному реагированию___216 (10.22%)
  • Ясное понимание, осознание чего-либо_____320 (15.14%)
  • Выдерживание нагрузки противоречий_____47 (2.22%)
  • Знание того, что знают другие____________29 (1.37%)
  • Ничто иное, как осознанное бытие_________206 (9.74%)
  • Совместное знание с Глобальным Разумом___111 (5.25%)
  • Единомыслие с окружающими людьми_____ 32 (1.51%)
  • Одухотворенность материи______________ 89 (4.21%)
  • Знание Истины_______________________83 (3.93%)
  • Все то, что осознается в данный момент______174 (8.23%)
  • Другое. Пояснения в комментариях_________58 (2.74%)

воскресенье, 20 июля 2008 г.

Сравнение между функционированием языка и игрой в шахматы

Из всех сравнений, которые можно было бы придумать, наиболее показательным является сравнение, которое можно провести между функционированием языка и игрой в шахматы [186]. И здесь и там налицо система значимостей и наблюдаемое изменение их. Партия в шахматы есть как бы искусственная реализация того, что в естественной форме представлено в языке. Рассмотрим это сравнение детальнее.

Прежде всего, понятие позиции в шахматной игре во многом соответствует понятию состояния в языке. Соответствующая значимость фигур зависит от их положения в каждый данный момент на доске, подобно тому, как в языке значимость каждого элемента зависит лишь от его противоположения всем прочим элементам. Далее, система всегда моментальна; она видоизменяется от позиции к позиции. Правда, значимость фигур зависит также, и даже главным образом, от неизменного соглашения: от правил игры, существующих еще до начала партии и сохраняющих свою силу после каждого хода. Но такие правила, принятые раз навсегда, существуют и в области языка: это неизменные принципы семиологии. Наконец, для перехода от одного состояния равновесия к другому или — согласно принятой нами терминологии — от одной синхронии к другой достаточно сделать ход одной фигурой; не требуется передвижки всех фигур сразу.

Здесь мы имеем полное соответствие диахроническому факту со всеми его особенностями. В самом деле:
а) Каждый шахматный ход приводит в движение только одну фигуру; так и в языке изменениям подвергаются только отдельные элементы.
б) Несмотря на это, каждый ход сказывается на всей системе; игрок не может в точности предвидеть последствия каждого хода. Изменения значимостей всех фигур, которые могут произойти вследствие данного хода, в зависимости от обстоятельств будут либо ничтожны, либо весьма значительны, либо, в общем, скромны. Один ход может коренным образом изменить течение всей партии и повлечь за собой последствия даже для тех фигур, которые в тот момент, когда его делали, были им не затронуты. Мы уже видели, что точно то же верно и в отношении языка. в) Ход отдельной фигурой есть факт, абсолютно отличный от предшествовавшего ему и следующего за ним состояния равновесия.

Произведенное изменение не относится ни к одному из этих двух состояний; для нас же важны одни лишь состояния. В шахматной партии любая данная позиция характеризуется, между прочим, тем, что она совершенно независима от всего того, что ей предшествовало; совершенно безразлично, каким путем она . сложилась [187]; зритель, следивший за всей партией с самого начала, не имеет ни малейшего преимущества перед тем, кто пришел взглянуть на положение партии в критический момент; для описания данной шахматной позиции совершенно незачем вспоминать о том, что происходило на доске десять секунд тому назад.

Все это рассуждение применимо и к языку и еще раз подчеркивает коренное различие, проводимое нами между диахронией и синхронией. Речь функционирует лишь в рамках данного состояния языка, и в ней нет места изменениям, происходящим между одним состоянием и другим. Лишь в одном пункте наше сравнение неудачно: у шахматиста имеется намерение сделать определенный ход и воздействовать на систему отношений на доске, язык же ничего не замышляет—его «фигуры» передвигаются, или, вернее, изменяются, стихийно и случайно. Умлаут в формах Hande вместо hanti и Gaste вместо gasti (ср. стр. 85) создал множественное число нового вида, но он также вызвал к жизни и глагольную форму tragt вместо tragit и т. д. Чтобы партия в шахматы во всем уподобилась функционированию языка, необходимо представить себе бессознательно действующего или ничего не смыслящего игрока.

Впрочем, это единственное отличие делает сравнение еще более поучительным, показывая абсолютную необходимость различать в лингвистике два ряда явлений. В самом деле, если диахронические факты несводимы к обусловленной ими синхронической системе даже тогда, когда соответствующие изменения подчиняются разумной воле, то тем более есть основания полагать, что так обстоит дело и тогда, когда эти диахронические факты проявляют свою слепую силу при столкновении с организованной системой знаков. Соссюр Ф.Курс общей лингвистики

четверг, 17 июля 2008 г.

"I" and "Me" and "We" and "Us" and "You" and "Yous" (1)


















Through AQAL Eyes. Part 7:"I" and "Me" and "We" and "Us" and "You" and "Yous"http://www.integralworld.net/edwards11.html

Кен Уилбер продолжает развивать Интегральную теорию значительными и весьма оригинальными способами. Его введение холонических перспектив - это еще один важный этап в развитии теории. В то время, как существуют многие инновационные подходы к текущим разработкам Уилбера по социальным перспективам, я думаю, что его модель Я-МЫ-ОНО-ЕГО имеет глубокие изъяны, которые могут восходить к некоторым основополагающим несовместимостям в концептуализациях конструкции холона. Одно следствие то, что нет реального феноменологического места для второго единственного и второго множественного лица в модели Уилбера. Это, вместе с сокращением третьего единственного числа ("он, она, оно") до простого "оно" и «их» к "его", дает в результате модель перспектив, неадекватную для представления и изучения комплексной социальной динамики и взаимосвязей. Пока его новая интегральная математика перспектив избегает этих ловушек, Уилбер в целом продолжает использовать его противоречивую Я-МЫ-ЭТО-ЕГО модель для изображения социальных феноменов. Я представляю альтернативную модель, которая базируется на более устойчивом приложении основополагающих интегральных принципов.
Марк Эдвардс Марк Эдвардс имеет степень магистра психологических наук в университете Западной Австралии. Он работал с людьми с ограниченными возможностями на протяжении двадцати лет. В настоящее время он пишет книгу по интерпретации сакральных сочинений из перспективы интегральной теории. Марк Эдвардс и его группа «Мириады вещей» только что выпустили новый компакт-диск «Вовнутрь солнца».

среда, 16 июля 2008 г.

Batesonian analysis of value hierarchies and the transformation of Russia

Kybernetes Volume 36
Issue 7/8 2007
(1) Still not paradigmatic. Georg Ivanovas (pp. 847-851) Keywords: Arts, Complexity theory, Cybernetics, Epistemology, Sciences
(2) Adaptation, acclimation, addiction, remedy, etc. Gregory Bateson (pp. 855-858) Keywords: Adaptability, Addiction, Cybernetics, Design, Evolution
(3) Bateson's cybernetics: the basis of MRI brief therapy: prologue. Wendel A. Ray (pp. 859-870) Keywords: Control, Cybernetics, Structural analysis
(4) The influence of Gregory Bateson: legacy or vestige? Frank N. Thomas, Rebekah A. Waits, Gail L. Hartsfield (pp. 871-883) Keywords: Cybernetics, Literature, Psychology
(5) Batesonian epistemology, Bushman n/om-kxaosi, and rock art. Bradford Keeney (pp. 884-904) Keywords: Cybernetics, Epistemology
(6) Toward Batesonian sociocybernetics: from Naven to the mind beyond the skin. Phillip Guddemi (pp. 905-914) Keywords: Social anthropology, Sociocybernetics
(7) Gregory Bateson in contemporary cross-cultural systemic psychotherapy. Inga-Britt Krause (pp. 915-925) Keywords: Cross-cultural studies, Cybernetics, Social anthropology, Systems theory
(8) Caught in the middle of a double-bind: the application of non-ordinary logic to therapy. Giorgio Nardone, Claudette Portelli (pp. 926-931) Keywords: Cybernetics, Logic, Problem solving
(9) Practicising psychotherapy employing Gregory Bateson's epistemological models. Giovanni Madonna (pp. 932-935) Keywords: Cybernetics, Psychology
(10) Towards aesthetic seduction using emotional engagement and stories. Andy Bilson, David Thorpe (pp. 936-945) Keywords: Change management, Cybernetics, Storytelling
(11) Still disturbing. Martin Rudolph (pp. 946-948) Keywords: Cybernetics, Problem solving, Social services
(12) Struggling for a Russian Bateson. Dmitry Fedotov (pp. 949-955) Keywords: Cybernetics, Literature, Russia
(13) Batesonian analysis of value hierarchies and the transformation of Russia Pavel Luksha, Anatoly Tkachev (pp. 956-971) Keywords: Cybernetics, Russia, Social anthropology
(14) Human robustness and conscious purpose in contemporary medicine. Georg Ivanovas, Vlassis Tomaras, Vasiliki Papadioti, Nikolaos Paritsis (pp. 972-984) Keywords: Adaptability, Learning
(15) Reflections on learning and addiction: porpoises and palm trees. Gregory Bateson (pp. 985-999) Keywords: Addiction, Cybernetics, Learning
(16) “The logical categories of learning and communication”: reconsidered from a polycontextural point of view: Learning in machines and living systems. Eberhard von Goldammer, Joachim Paul (pp. 1000-1011) Keywords: Cybernetics, Learning
(17) Looking for “scientific” social science: The Macy Conferences on Cybernetics in Bateson's itinerary. Leone Montagnini (pp. 1012-1021) Keywords: Cybernetics, Social processes
(18) The two beginnings of communication theory. Wolfram Lutterer (pp. 1022-1025) Keywords: Communication, Cybernetics
(19) Legacy: lessons from the Bateson team meetings. Wendel A. Ray, Molly R. Govener (pp. 1026-1036) Keywords: Communication, Cybernetics, Language, Learning
(20) Language games and (hi)stories: Wittgenstein, Bateson and Schapp on the role of language in therapy. Hans Rudi Fischer (pp. 1037-1046) Keywords: Cognition, Cybernetics, Grammar, Language
(21) Second thoughts on Gregory Bateson and Alfred Korzybski. Hans Günter Holl (pp. 1047-1054) Keywords: Cybernetics, Identification, Logic
(22) Primary natural relationship: Bateson, Rosen, and the Vedas. John J. Kineman, K. Anil Kumar (pp. 1055-1069) Keywords: Communication, Complexity theory, Cybernetics
(23) Toward a science of metapatterns: building upon Bateson's foundation. Tyler Volk, Jeffrey W. Bloom, John Richards (pp. 1070-1080) Keywords: Cybernetics, Sciences, Systems theory
(24) Choreography: a pattern language. Michael Klien (pp. 1081-1088) Keywords: Arts, Brain, Cybernetics, Psychology
(25) How G. Bateson informs dogs. Rolf Todesco (pp. 1089-1097) Keywords: Communication, Cybernetics, Structural analysis
(26) Metalogue: “less than one and more than two: developing a partiality for whole(some)ness”. Vincent Kenny, Laura Scarino (pp. 1100-1105) Keywords: Children (kinship), Cybernetics, Psychology
(27) How to understand giants? Lucas Marian Pawlik (pp. 1106-1112) Keywords: Cybernetics, Heritage, Knowledge management, Research
(28) Fictional communication: developing Gregory Bateson's “Theory of Play and Fantasy”. Christine Angela Knoop (pp. 1113-1121) Keywords: Communication, Cybernetics, Imagination, Reading
(29) Bateson and the Arts. Stephen Nachmanovitch (pp. 1122-1133) Keywords: Art, Bateson, Cybernetics, Poetry, Seeing systems
(30) What would Bateson's work look like today?: Inside one of the world's most violent nations, now a model for peacemaking and sustainability. Gordon Feller (pp. 1134-1140) Keywords: Cybernetics, Psychology
(31) Slippery rigor. Nora Bateson (pp. 1141-1142) Keywords: Cybernetics, Literature

вторник, 15 июля 2008 г.

Цикада Басё

Радуга, дождь,
Но все задорно поёт
Цикада Басё
У нас только второй день запели цикады.

понедельник, 14 июля 2008 г.

Гуттиэре: "Так значит, это любовь с первого взгляда?" Ихтиандр: "А разве бывает другая любовь?"



Владимир Борисович Коренев

"Певчие птицы стаями не летают" (ЯЗ)
Владимир Коренев

Сегодня смотрел около часа передачу интервью с этим замечательным актером. Он являет собою пример человека, который экспрессирует невербальный сигнал ЯЗ только в конце законченных/завершенных суждений. Такое встречается очень и очень редко. За много лет наблюдений я встретил такое только несколько раз.

А вот, другой пример носителя данной способности:

And not the words of one who kneelsthe record shows I took the blowsand did it My Way (ЯЗ)
Frank Sinatra

Примечание: ЯЗ есть особенный невербальный сигнал "язык змеи". Что это значит, когда сигнал ЯЗ употребляется только в конце предложений/законченных суждений можно откопать вот здесь:
Языкоиды -- моделируем и тренируем10 http://community.livejournal.com/metapractice/78096.html

воскресенье, 13 июля 2008 г.